Random Articles

Nature, at the deepest level, may not differentiate between scales. With scale symmetry, physicists start with a basic equation that sets forth a massless collection of particles, each a unique confluence of characteristics such as whether it is matter or antimatter and has positive or negative electric charge. As these particles attract and repel one another and the effects of their interactions cascade like dominoes through the calculations, scale symmetry “breaks,” and masses and lengths spontaneously arise. Similar dynamical effects generate 99 percent of the mass in the visible universe. Protons and neutrons are amalgams — each one a trio of lightweight elementary particles called quarks. The energy used to hold these quarks together gives them a combined mass that is around 100 times more than the sum of the parts. “Most of the mass that we see is generated in this way, so we are interested in seeing if it’s possible to generate all mass in this way,” said Alberto Salvio, a particle physicist at the Autonomous University of Madrid and the co-author of a recent paper on a scale-symmetric theory of nature.

Я очень опасаюсь Парижской коммуны. Что было? Они добились временного успеха, как, я думаю, вполне можно добиться в Москве, но при условии, если, скажем, часть ОМОНа или какая-то маленькая часть из тех, кого называют силовиками, от него, от Путина, тоже устала и по своим причинам хочет его сменить – тогда можно добиться временного успеха. Но это кончится очень большим кровопролитием. Это то, с чего началась теперешняя французская буржуазная демократия – как результат Великой французской революции, которая длилась примерно 100 лет. Наша революция, которая началась в 1905 году, тоже уже длится немножко больше 100 лет. Но Россия гораздо больше, поэтому точные сроки у нас и Франции не могут совпадать. Но то, что сейчас происходит, это последние отблески того, что началось в 1905 году. Конечный результат нам понятен: буржуазная демократия – это будет. Вопрос: какой ценой? Наибольшая цена – неудачное восстание. Чем неудачнее, тем кровавее. Оно может даже иметь короткий успех, но потом будет подавлено. И это будет стоить огромной человеческой крови. Я не преувеличиваю: вся история говорит о том, что это так. Значит, надо было бы найти такую систему хитрости, которая бы все-таки часть руководящей верхушки убедила в том, что им самим выгоднее мирным образом это кончить. В этом нельзя убедить ни Путина, ни Медведева, ни Чурова и так далее, но какое-то количество, скажем, олигархов, то есть людей, у которых реальная финансовая и другая власть – можно. Выбор такой: или мы проливаем массу крови, или все-таки находятся умные политики. Умные политики, это не значит – хорошие люди. Это значит – люди, которые умеют идти на компромиссы. И компромисс в данном случае нужен: смена верховной власти необходима, и чем быстрее, тем лучше, но это надо делать с осторожностью.

— Сегодня, в силу недостаточной образованности, многие молодые люди понятия не имеют, в чем состоят преступления коммунистического строя, советской власти. Им и невдомек, что такое 37-й год, расстрелы инакомыслящих... К сожалению, их очень много. В школах, на мой взгляд, учат плохо и часто не тому, поэтому я опять-таки хочу вас процитировать. «В 1920 году, — пишете вы, — белых офицеров топили целыми баржами на Соловках. В открытом море прорубали у барж днища, команда и чекисты уплывали на шлюпках, а пленные захлебывались в ледяной воде... Когда Белая гвардия вошла в Самару и открыла подвал чрезвычайки, где каждый день расстреливали классовых врагов, пол оказался на полметра покрыт кровавым студнем... В 37-м в подвалах Лефортовской тюрьмы стояла гигантская мясорубка, и прежде чем зарыть это «удобрение» в подмосковных оврагах и рвах, тела казненных в ней перемалывали... В 52-м чекисты пытали кремлевских, то есть лучших в стране, врачей и собирались повесить их на Красной площади, а всех евреев выслать в Сибирь... От Будапешта до Праги, от Афганистана до Чечни, от «Норд-Оста» до Беслана их путь был усеян трупами невинных — тысячами и миллионами трупов». Скажите, тот факт, что империя зла превратилась в руины, вас радует? "Я, безусловно, счастлива, что кому-то удалось уйти, уползти... Всегда знала, что Латвия, Литва и Эстония спасутся..."

История повторяется. Экклезиаст учил: «Что было, то и будет» (1,9). Цивилизации приходят, выдыхаются, заменяются новыми, и круг замыкается. Два тысячелетия назад сносились языческие боги. Спасаясь от пустоты античных религий, римляне и греки обратили тогда свои мысли к вере евреев. Началось массовое принятие иудаизма. Чтобы остановить этот поток, охранитель своей традиции римский император ввёл тогда для нееврея за обрезание наказание смертью. Разрешила проблему принятия иудаизма неевреями еврейская секта христиан, постановившая на Апостольском соборе 49 года н.э. «не затруднять обращающихся к Богу из язычников» обрезанием, хотя пока и сохраняла для тех требования кашрута: «воздерживаться от идоложертвенного и крови, и удавленины». Отмена обрезания для вновь обращённых, одновременно, отстранила христиан от основного ствола иудаизма.

Среди политических идей, призванных спасти мир, последней по времени названа демократическая форма правления – безотносительно к идеологии. ХХ век был богат на провалившиеся политические концепции: советский социализм и его близкие и дальние родственники, включая немецкий национал-социализм, итальянский фашизм, испанский анархизм, остановленный мятежём генерала Франко. Европейский либерализм последних десятилетий, объединивший континент в, казалось, процветающий союз, но, похоже, бессильный перед наступающей моральной опустошенностью овладевающего континентом атеизма и связанной с ним смертельной угрозой – демографическим вырождением.

Закон Мёрфи гласит, что если какая-нибудь неприятность может случиться, то она случается. Жизнь подтверждает этот постулат с завидным постоянством...или не с очень завидным, но, тем не менее, постоянством.Как ни опасались американцы прекращения деятельности правительства с 1 октября 2013 года - в силу не утвержденного вовремя бюджета - так это и произошло. Нынешний бюджетный кризис далеко не первый, но посерьезней других будет. Он практически совпал по времени с кризисом потолка госдолга, что привело к эффекту их синергетического взаимодейстия. Многократно усиливая друг друга, они вместе создали уже системные проблемы в управлении государством. Что, кстати, описано в первом следствии второго закона Чизхолма: «Когда дела идут хуже некуда, в ближайшем будущем они пойдут еще хуже».

Если представить себе, сколь различна демография американского общества, как много здесь представлено культур и сколь они разнятся, как много языков и наречий звучат на улицах наших городов, то многим зачастую очень сложно понять, как Америка вообще остается единым целым. Все земные расы представлены здесь, только в одном районе Нью-Йорка, Квинсе, живут бокобок выходцы из 132 стран...Но в новый Вавилон государство не превратилось, хотя, казалось бы, к этому были все предпосылки...Что же связывает вместе американскую нацию? — на этот вопрос пытались и пытаются дать ответ многие историки, социологи, политологи. Ответы, естественно, столь же различны как и их авторы. Но я не вижу в этом особых противоречий. Главным остается то, что наша противоречивая, разноликая, находящаяся в процессе непрерывного формирования цивилизация создала свой необычный и, как подтвердила история, эффективный раствор, сумевший сцементировать нацию. В моем представлении, это особое отношение к Праву, нашедшее свое зримое вооплощение в Конституции Соединенных Штатов.

Мы живем во время светских религий. Что такое светская религия? Обычная религия представляет собой сумму утверждений, не опровергаемых опытом. Например, католики вам скажут, что во время мессы хлеб и вино физически превращаются в плоть и кровь Христову. Но если вы предложите провести химический анализ, вам объяснят, что это происходит способом, превосходящим человеческое понимание. Таким образом, обычная религия заведомо ставит себя вне опыта. Credo quod absurdum est, как и говорил Тертуллиан. Светская религия представляет собой сумму утверждений, легко проверяемых опытом. «Американцы сами взорвали Башни-Близнецы», «проклятые ученые травят нас ГМО», «леди Ди убили британские спецслужбы», «капиталисты-загрязнители устроили нам глобальное потепление» и, last but not least, «украинские фашисты сами сбили «Боинг». В отличие от тезиса о пресуществлении вина, эти утверждения легко подтвердить или опровергнуть. Тем не менее особенность нашего времени заключается в том, что никто, в них верующий, опытом их не собирается проверять. Более того: для верующего в эти утверждения любая попытка проверки воспринимается как признак неблагонадежности. Это все равно, как спросить исламиста: «А вы уверены, что Коран действительно надиктован Аллахом?»

Академик Иванов размышляет о Велемире Хлебникове. поэте и пророке. Среди предсказаний Хлебникова, сделанных с помощью сочетания математики и интуиции - год самого серьезного столкновение России и Запада. Его предсказание, сделанное на десятилетия вперед, совпало с годом Карибского кризиса

фильм телеканала Культура. Фильм первый. О том, как в начале 1920-х годов отец Вячеслава Иванова - Всеволод Иванов приехал из Сибири в Петроград, о его знакомстве с Горьким, Блоком, Есениным, Зощенко, о литературном объединении "Серапионовы братья".

Закон Мёрфи гласит, что если какая-нибудь неприятность может случиться, то она случается. Жизнь подтверждает этот постулат с завидным постоянством...или не с очень завидным, но, тем не менее, постоянством. Как ни опасались американцы прекращения деятельности правительства с 1 октября 2013 года - в силу не утвержденного вовремя бюджета - так это и произошло. Нынешний бюджетный кризис далеко не первый, но посерьезней других будет. Он практически совпал по времени с кризисом потолка госдолга, что привело к эффекту их синергетического взаимодейстия. Многократно усиливая друг друга, они вместе создали уже системные проблемы в управлении государством. Что, кстати, описано в первом следствии второго закона Чизхолма: «Когда дела идут хуже некуда, в ближайшем будущем они пойдут еще хуже».

Закон Мёрфи гласит, что если какая-нибудь неприятность может случиться, то она случается. Жизнь подтверждает этот постулат с завидным постоянством...или не с очень завидным, но, тем не менее, постоянством. Как ни опасались американцы прекращения деятельности правительства с 1 октября 2013 года - в силу не утвержденного вовремя бюджета - так это и произошло. Нынешний бюджетный кризис далеко не первый, но посерьезней других будет. Он практически совпал по времени с кризисом потолка госдолга, что привело к эффекту их синергетического взаимодейстия. Многократно усиливая друг друга, они вместе создали уже системные проблемы в управлении государством. Что, кстати, описано в первом следствии второго закона Чизхолма: «Когда дела идут хуже некуда, в ближайшем будущем они пойдут еще хуже».

Сверхмалая камера – изобретенная и представленная в прошлом году лабораторией Rambuss медленно, но верно поднимает волну обоснованного интереса.Исследователи из Rambus Labs получили в прошлом году приз за лучшую статью на выставке Sencomm, в которой по сути анонсировали новый класс датчиков, которые совершенствуются за счет развития вычислительных возможностей, а не путем наращивания возможностей hardware.Новая камера – PicoCan была представлена в начале года на Mobile World Congress. По поводу этого конгресса были язвительные отзывы прессы, на тему о том, что совершенствуется только форма, цвет и размер мобильных телефонов, однако неприметная камера похоже задает как раз новый поворот или новое дыхание развития цифровой техники.Характерно что свой доклад на выставке SensorComm 2013 (Barcelona, Spain) исследователи назвали Computational Sensing and Imaging , что звучит академично как вычислительное зондирование и визуализацию, но значительно лучше передается девизом «sense for cents». Девиз обосновывается графиком сопоставляющим рост цены оптических элементов и стоимость вычислений по мере развития техники:Действительно бурное развитие компьютерной техники, устремленной к преодолению барьера 1018 операций в секунду (экзафлоп) к 2018 определяет резкое падение стоимостивычислений, что и определяет перспективу движения в направлении, обозначенном авторами как компьютерная или вычислительная визуализация.

Данные ВЦИОМ говорят о том, что мы наконец пришли к тому, к чему стремились все эти 15 лет, - воспитали страну идиотов. Если Россия и дальше будет двигаться этим же курсом, то ещё лет через десять не останется и тех, кто сегодня хотя бы изредка берёт в руки книгу. И мы получим страну, которой будет легче править, у которой будет легче высасывать природные богатства. Но будущего у этой страны нет! И с крупным искусством то же самое. Шедевры за деньги не рождаются. Если же всё подчинять деньгам, то деньгами всё и останется, не превратятся они ни в шедевр, ни в открытие. Чтобы дети вновь начали читать, в стране должна сложиться соответствующая культурная обстановка. А что сейчас определяет культуру? Когда-то тон задавала Церковь. Люди в выходной день шли в храм и вместо телевизора смотрели на фрески, иконы, витражи - на иллюстрацию жизни в образах. Великие мастера работали по заказу Церкви, большая традиция освещала всё это. Сегодня люди ходят в Церковь гораздо меньше, а обобщённую картину жизни даёт телевидение. Но никакой великой традиции, никакого искусства здесь нет. Ничего, кроме мордобоя и стрельбы, вы там не найдёте. Телевидение занимается разложением сознания людей. На мой взгляд, это преступная организация, подчинённая антиобщественным интересам. С экрана идёт лишь один призыв: «Обогащайтесь любыми способами - воровством, насилием, обманом!» Вопрос развития культуры - это вопрос будущего страны. Государство не сможет существовать, если не будет опираться на культуру. И не сможет лишь деньгами или военной силой укрепить свои позиции в мире. Чем мы можем сегодня привлечь бывшие наши республики? Только культурой! В эпоху СССР они прекрасно существовали в рамках нашей культуры. Сравните уровень развития Афганистана и республик Средней Азии - разница огромная! А сейчас все эти страны выпали из нашего культурного пространства. И, на мой взгляд, важнейшая задача сейчас - вновь их в это пространство вернуть. Когда распалась Британская империя, важнейшими инструментами воссоздания целостности англоязычного мира стали культура и образование. Британцы открыли двери своих высших учебных заведений для выходцев из колоний. В первую очередь для тех, кто в дальнейшем мог бы стать управленцем этих новых стран. Я недавно разговаривал с эстонцами - они готовы учиться медицине в России. Но мы берём с них огромные деньги за учёбу. При том что возможность учиться в Америке или Англии они получают даром. И чем мы после этого сможем тех же эстонцев привлечь, чтобы взаимодействие с нами им стало важнее, чем взаимодействие с Западом?

Призрак бродит по планете, призрак Глобализма. Который является не менее призрачным, чем коммунизм, провозглашенный Марксом и Энгельсом в Манифесте Коммунистической Партии полтора века назад. Глобализм, как концепция, будучи абсолютизированной и распространенной на все стороны жизни, потенциально является столь же опасным и разрушительным, как "светлая коммунистическая идея", под эгидой которой в 20-ом веке совершались чудовищные злодеяния. Человек является частью Биосферы ("Всего Живого"). Которое в масштабах земли является глобальным в том смысле, что существует почти везде. А также в смысле универсальности основных биологических механизмов, таких как спаривание нуклеотидов, генетический код, фотосинтез, набор аминокислот и некоторые другие.Однако в своих проявлениях жизнь локальна. Каждый организм локален. Ни одно живое существо за исключением человека не может убить другое, находящееся на расстоянии более четырех метров (без соприкосновения на маленьких расстояниях убивает электрический скат - разрядом - и некоторые змеи, метко плюющие яд). При этом глобальные механизмы in vivo неизменны миллиарды лет, в то время, как "глобальные" технологии и установления жизни, созданные человеком, быстро меняются - за исключением основополагающих табу религий (десять заповедей Христа, семь запововедей Ноя, четырнадцать заповедей Будды и им подобных) и некоторых других принципов. Будучи изобретенными раз, колесо, швейная игла и электрические системы стали глобальными. Но это не означает, что глобальны, а не локальны их разнообразные применения. Глобализм - и концептуально, и в приложениях к практике обезличивает всё, к чему прикасается от сервиса до человеческого общения. Но главная опасность состоит в том, что глобализм делает человека беззащитным и перед большими социальными структурами (прежде всего, перед правительствами), и перед природой.

"Демократия всегда - временное явление в природе. она просто не может существовать, как постоянная форма правительства. Демократия продолжает существовать вплоть до времени, когда избиратели обнаруживают, что они могут получить для себя щедрые подарки от общественного казначейства. С этого момента большинство всегда голосует за кандидатов, которые обещают большинство льгот от общественного казначейства, так что в итоге каждая демократия, наконец, разрушится от налоговой политики, за которой всегда следует диктатура." "Средний возраст самых больших цивилизаций в мире, с начала истории, был приблизительно 200 лет. В течение этих 200 лет эти нации всегда прогрессировали через следующую последовательность: 1. От неволи до духовной веры; 2. От духовной веры до большой храбрости; 3. От храбрости до свободы; 4. От свободы до изобилия; 5. От изобилия до самодовольства; 6. От самодовольства до апатии; 7. От апатии до зависимости; 8. От зависимости назад в неволю." "Демократия всегда - временное явление в природе; она просто не может существовать, как постоянная форма правительства. Демократия продолжает существовать вплоть до времени, когда избиратели обнаруживают, что они могут получить для себя щедрые подарки от общественного казначейства. С того момента большинство всегда голосует за кандидатов, которые обещают большинство льгот от общественного казначейства, так что в итоге каждая демократия, наконец, разрушится от налоговой политики, за которой всегда следует диктатура." "Средний возраст самых больших цивилизаций в мире, с начала истории, был приблизительно 200 лет. В течение этих 200 лет эти нации всегда прогрессировали через следующую последовательность: 1. От неволи до духовной веры; 2. От духовной веры до большой храбрости; 3. От храбрости до свободы; 4. От свободы до изобилия; 5. От изобилия до самодовольства; 6. От самодовольства до апатии; 7. От апатии до зависимости; 8. От зависимости назад в неволю." Таким образом, согласно теории профессора Тилера, демократические общества проходят цикл, скатываясь из неволи в неволю каждые ~ 200 лет.

ПЯТАЯ ПОЛОВАЯ ЗАПОВЕДЬ ПРОЛЕТАРИАТА: ПОЛОВОЙ АКТ НЕ ДОЛЖЕН ЧАСТО ПОВТОРЯТЬСЯ

Возрождение прославилось своими бытовыми типами коварства, вероломства, убийства из-за угла, невероятной мстительности и жестокости, авантюризма и всякого разгула страстей. Здесь уже не было никакой неоплатонической эстетики. Однако здесь, несомненно, сказался стихийный индивидуализм эпохи, эта уже обнаженная от всяких теорий человеческая личность, в основе своей аморальная, но зато в своем бесконечном самоутверждении и в своей ничем не сдерживаемой стихийности любых страстей, любых аффектов и любых капризов доходившая до какого-то самолюбования и до какой-то дикой и звериной эстетики. Выше мы говорили о благородном самоутверждении стихийного индивидуализма эпохи Ренессанса и определяли эстетику этого индивидуализма как гуманистически-неоплатоническую. Однако было бы совершенно односторонне всю эту четырехвековую эстетику Ренессанса сводить только на гуманистически-неоплатонические пути мысли. Тут была еще и другого рода эстетика, вполне противоположная гуманизму и неоплатонизму. И об этой эстетике нам необходимо будет сказать, потому что она тоже обладала всеми чертами эстетического развития. Она была аморальной и звериной в своем предметном содержании, но она же обладала всеми чертами самодовлеющей значимости, необычайной красочностью и выразительностью и какой-то, если выражаться кантовским языком, небывалой целесообразностью без всякой цели. Все эти возрожденческие имена и события общеизвестны, и о них достаточно говорится и в общих исторических исследованиях Ренессанса, и при обрисовке отдельных героев этой эпохи. Однако, чтобы в нашем изложении не было однобокого перевеса гуманистически-неоплатонической эстетики в эпоху Ренессанса над всякой другой эстетикой того же Ренессанса, пусть нам будет позволено привести некоторые имена и некоторые факты, рассыпанные по разным книгам и статьям, изображающим Ренессанс, но нигде не собранные в виде эстетической антитезы основному и формулированному у нас гуманистическому неоплатонизму эпохи.

Рисунки Сергея Михайловича Эйзенштейна столь же неповторимы, как и его фильмы. Проживи киножерисер, прославивший советскую кинематографию, дольше, не умри он в 48 лет в коммунальной квартире, опущенный "из князи в грязи" после того, как Сталин не принял вторую серию Ивана Грозного (в то время как первая серия показывалась во всех кинотеатрах СССР и триумфально гремела по всему свету, а "Броненосец Потемкин" вошел в десятку лучших фильмов всех времен и народов и продолжает считаться одним из лучших фильмов с момента изобретения кинематографа по сей день), доживи Великий Новатор до оттепели - он несомненно стал бы так же известен как уникальный художник, как режисер. Одни графические фантазии Эйзенштейна можно сопоставить с рисунками Бердслея, другие - с рисунками Пикассо (величиайшими графиками, что само по себе делает честь любому художнику) - но при этом Сергей Михайлович всегда остается неповторимым, узнаваемым, с своим уникальным почерком.

Озорство Эйзенштейна. Начну с того, что бесспорно было основным для авангарда и Эйзенштейна как его воплощения в двадцатые годы, но долго оставалось важным и потом. Молодой Эйзенштейн был озорником. Его дерзость не знала границ и исключений, особенно в рисунках, начиная с тех карикатур, которые он делал для журналов перед самой революцией и в ее начале. Он посягал на все, что казалось табуированной святыней для предыдущего поколения. Он сам воплощал эстетику наиболее бунтарской из всех молодежных возрастных групп первой половины двадцатого века, протестовавших против устоявшегося порядка вещей. Его поколение было названо «потерянным» Гертрудой Стайн, а следом за ней и многими другими. Но сами они думали, что дорогу потеряли или не захотели им показать отцы- связанные с ними родством природным (Эйзенштейн всерьез ставил в вину своему отцу- главному архитектуру Риги времени ненавистного ему модерна- не только безобразие этого, теперь снова входящего в моду, стиля, но и то, что тот утаил от сына тайну отношений полов) или культурной преемственностью (главного и любимого своего театрального учителя - Мейерхольда Эйзенштейн- вероятно, напрасно- упрекал за то, что он не ввел его в известные ему секреты творчества).